Четверг , Апрель 19 2018

Богдан Матвеевич Хитрово

В центре бульвара Новый Венец, пролегающего по самому краю крутого волжского берега в Ульяновске, стоит монументальный памятник — на коне в развевающемся плаще сидит человек, указывающий пальцем на место, где следует ставить крепость. На постаменте прикреплена скромная табличка: «Основателю Симбирска Богдану Хитрово».

Исторической личностью и удивительным человеком был Богдан Матвеевич Хитрово, оставивший яркий след в истории государства Российского. Происходил он из старинного российского дворянского рода. Его основатель, знатный татарин Эду-хан по прозвищу «Сильно-Хитр», в 1371 году поступил на службу к рязанскому князю Олегу Ивановичу. Там крестился, приняв имя Андрей, и окончательно обрусел, взяв в жены русскую. Закончил свою жизнь Эду-хан в православном монастыре. Его потомки, называвшиеся первоначально «Хитровы», но со временем изменившие фамилию на Хитровo, 150 лет служили рязанским князьям, находясь в ближайшем княжеском окружении. После вхождения Рязанского княжества в Московское государство многочисленный род Хитрово перешел на службу к великому князю Василию III, влившись в ряды служилого московского дворянства.
Следует отметить, что служили государям российским они честно и преданно, за что были неоднократно пожалованы поместьями, находящимися в разных концах Московского государства. Сохранились весьма важные исторические документы, важные для государства Российского, подписанные представителями рода Хитрово. Так, «приговорная» грамота об объявлении войны польскому королю в 1566 году была подписана по поручению русского царя боярином Никитой Прокофьевичем Хитрово.
Трагически сложилось для рода Хитрово Смутное время. Из пяти сыновей Елиазара Хитрово в живых остался лишь один, самый младший — Матвей. За отказ присягнуть «вору и расстриге» Лжедмитрию I был казнен Дементий, в боях под Москвой с интервентами погибли Михаил и Семён, а позднее во время осады поляками Москвы был убит Василий. Матвею удалось уцелеть, а «за верную службу за царя Василия» он был пожалован поместьем — селом Григоровским, до сих пор существующим в Калужской области. В этом поместье 6 мая 1615 года появился на свет его сын Богдан. Получивший прекрасное образование и овладевший польским языком и латынью, что не часто встречалось среди московских дворян, Богдан в восемнадцатилетнем возрасте поступил на службу при дворе. Первый русский царь из династии Романовых Михаил Федорович пожаловал его в комнатные стряпчие.
Это был младший придворный чин, в обязанности которого входило содержать в порядке и охранять царскую «стряпню», так назывались в те времена личные вещи — одежда, обувь, полотенца и прочее. Комнатный стряпчий была привилегированная должность, поскольку её владелец имел право «быть в комнате», то есть заходить во внутренние покои дворца. Этим Богдан был обязан воспитателю царского сына Алексея боярину Борису Ивановичу Морозову, который ходатайствовал за сына своей бывшей няньки — матери Богдана.
Через три года Богдан был повышен в должности, ему пожаловали звание стольника. Теперь он должен был прислуживать царю и его гостям за столом, а также служить в покоях государя с государыней и при их выездах. Это была серьёзная придворная должность. Ведь если стряпчим изредка доверяли мелкие поручения, то стольники зачастую назначались воеводами в городах и полках, судьями в приказах, а также особыми порученцами и посланцами. Для начала Богдан был назначен «стольником у крюка». Это тоже была привилегированная должность, ведь он должен был в буквальном смысле стоять у дверного крючка, то есть у двери в комнате, где вёл приём царь, допуская посетителей по утвержденному списку или вызывая кого-либо по указанию царя.
Таких служилых при дворе было много, только из рода Хитрово значилось около 30 человек, причем не менее десятка значились стольниками или окольничими. Именно поэтому на их родовом гербе изображены две перекрещённые татарские сабли, что указывало на происхождение Хитрово, с рукой на первом плане, держащей меч, символизирующей верную и преданную службу рода у Московских государей. Конечно, должность стольника не могла выделить Богдана из сонма придворных, однако в его судьбу вмешался его Величество Случай.
В 1645 году, когда Богдану исполнилось тридцать лет, а по тем временам это был достаточно серьёзный возраст, скончался царь Михаил Фёдорович и на российский престол вступил его сын Алексей Михайлович «Тишайший», прозванный так народом за христианское смирение в поведении, добродушный нрав и умение слушать приближенных. В период тридцатилетнего правления Алексея Михайловича Россия превратилась в мощную державу, с которой начали считаться за рубежом. Произошло воссоединение Украины с Россией, территория государства значительно расширилась на восток, где были основаны такие города, как Иркутск, Нерчинск и Селенгинск. При Алексее Михайловиче удалось вернуть Смоленск с Черниговым и Стародубом, а также Северские земли. Но все это произошло значительно позднее, а в 1645 году только что вступившему на русский престол Алексею Михайловичу исполнилось всего лишь 16 лет. Молодой царь был не готов к управлению государством, и помощь ему в этом тяжком бремени оказывал ближний боярин, бывший его воспитатель Борис Иванович Морозов. Вероятней всего, именно благодаря Морозову Богдана Хитрово неожиданно назначают воеводой в Темников, который был в те времена важным опорным пунктом в мордовских землях. Края эти были мало населены и плохо освоены, чем и пользовались степняки — ногайцы, крымские татары, а также башкиры и калмыки, регулярно совершавшие кровавые набеги на Русь.

С.В. Иванов, «На сторожевой московской границе», 1907 г. Автор: Владимир Жестков

В истории России, начиная с конца XVI столетия, на опасных юго-восточных рубежах российского государства было развернуто строительство мощнейших «засечных черт», которые представляли собой сплошные линии земляных и деревянных укреплений с включенными в них острогами и крепостями. «Засечные черты» к описываемому нами периоду жизни Богдана Хитрово не до конца опоясали юго-восток страны. Напряжённое положение сложилось от Тамбова до Волги, где стояли отдельные крепости, которые степняки легко обходили. Вот и в 1645 году большой отряд ногайцев пробрался через, казалось бы, труднопроходимые лесные массивы на территорию Московского государства и нанес большой ущерб, разрушив несколько поселений и угнав жителей в полон. Необходимо было срочно строить «засечные черты» в этом регионе, что и было возложено на новоиспеченного воеводу.

Царь поручил вновь назначенному воеводе оборонять рубежи страны в этом чрезвычайно опасном пограничном районе. К возведению «Засечной черты», которая строилась уже в течение нескольких лет южнее и надёжно защищала государство от набегов степняков, во вверенном новому воеводе районе ещё не приступали. Богдан Хитрово взялся за дело быстро и решительно. Царский указ дал ему неограниченные полномочия, и он ими успешно воспользовался. Для строительства оборонных сооружений было привлечено более трёх тысяч окрестных крестьян, для которых эта работа была царской повинностью. Крестьян привлекали по принципу — один человек от пяти дворов. «Меж реки Барыш и реки Суры для бережения от татарских приходов» была возведена мощная непрерывная полоса укреплений, в которой земляные валы перемежались глубокими рвами или частоколами. На расстоянии видимости ставились сигнальные вышки, на которых постоянно находились наблюдатели. На важных дорогах и у основных переправ возводились новые крепости и остроги.
Строились они не только быстро, но как оказалось, на века. Большинство из основанных Хитрово сёл и городов существует до сих пор. Это и село Вадинск (бывший Керенский острог) в Пензенской области, и село Старое Погорелово (бывшая крепость Малый Корсун) в Ульяновской области, и город Инсар (бывший Инсарский острог) в Мордовии, и поселок Карсун (бывший Корсунский острог) в Ульяновской области. О завершении строительства последнего Хитрово доложил в Москву:

«меж реки Барыша к реке Корсуновки… на горе на Корсуне поставил город Корсун и всякими крепостьми укрепил. А от эти реки Корсуновки через корсуновскую степь до ермаковского лесу… учел делать засечные крепости, рубить тарасы и насыпать землею».

К концу 1647 года, то есть менее чем через два года после начала строительства, выросла мощная линия укреплений, обезопасившая южные и восточные рубежи Московского государства.
В ноябре 1647 года Богдан Хитрово вернулся в Москву, чтобы лично доложить о завершении работы. Алексей Михайлович настолько впечатлился результатами деятельности воеводы, что пожаловал его в окольничьи. Это был второй по значимости придворный чин после боярина. И хотя можно было получить перевод в более крупный город или возглавить важный приказ, в феврале 1648 года Богдан уже ехал в город Алатырь в Поволжье продолжить начатое дело: «ему на степи городы поставить и всякая крепости устроить», так было написано в царском указе.

Неизвестный автор, «Улица Стрелецкая в старом Симбирске»

Пришлось Хитрово заняться строительством ещё одного участка «засечной черты», чтобы соединить её с уже существующей и довести линию укреплений до Волги. К концу мая Хитрово заложил на высоком волжском берегу новую стратегическую крепость Синбирский острог, со временем превратившуюся в губернский город Симбирск, ныне Ульяновск. Острог был заложен на Синбирской горе в виде квадрата из бревенчатых стен со стороной около 430 метров и глубоким рвом перед ними. С двух сторон естественной защитой служили реки — Волга и Свияга. По углам острог был укреплен деревянными башнями. Для въезда и входа были построены двое ворот. Прежде всего, в остроге поставили Троицкую церковь, а затем весь комплекс казенных зданий: таможня, воеводская и приказная избы, хлебный и другие амбары, рынок и всё прочее, необходимое для нормальной городской жизни.
Ныне на том месте, где стоял Синбирский острог, находится центральная городская площадь Ленина. Одновременно со строительством острога вокруг него начали строиться многочисленные слободы. Население молодого населенного пункта резко росло. Своевременность и необходимость его строительства через несколько лет была подтверждена делом. В 1670 году битва за Синбирск решила исход грандиозного крестьянского бунта, возглавляемого Степаном Разиным.
В период активного строительства Богданом Хитрово «засечной черты» было перестроено и модернизировано много уже существовавших крепостей, в том числе таких, как Тамбов, Саранск, Козлов. Все они были включены в единую цепь укреплений в качестве опорных пунктов. После того как строящаяся полоса укреплений сомкнулась с уже существующей, образовалась единая сплошная цепь укреплений общей длиной более 1000 км. «Засечная черта», таким образом, шла изогнутой линией от границы с Польшей через Белгород, Воронеж, Козлов, Тамбов, Керенск, Атемар и Карсун, создав непреодолимое препятствие для кочевых орд. Завершение строительства «засечной черты» способствовало почти полному прекращению нападений со стороны Дикого поля на Московское государство, укрепило русскую власть в Поволжье и ускорило его развитие и освоение.
Алексей Михайлович за проведенную работу пожаловал Хитрово вотчину — село Городище (ныне посёлок Санчурск в Кировской области), а также «за городовое и засечное строение» к его поместному окладу было прибавлено 150 четей земли. В переводе на современные меры площади это означает около 75 гектаров. Таким образом, трехлетняя деятельность Богдана Хитрово в качестве строителя укреплений способствовала его продвижению как государственного деятеля и вывела его в число самых влиятельных людей в истории России того времени.

После завершения строительства «засечной черты», оберегающей Русь от набегов степняков, окольничий Богдан Хитрово вернулся в столицу. Царь почти сразу же назначил его главой Челобитного приказа, бывшего своеобразной государственной канцелярией.

А.С. Янов, «В приказе», 1880-е годы

Именно туда поступали все письма на имя царя, называемые в то время челобитными, из него же после рассмотрения государем эти прошения поступали в другие приказы или на места — для исполнения. В обязанности приказа входил также контроль за исполнением царских решений. Здесь следует разъяснить, что означает «приказ» и как осуществлялось управление государством в тот период истории России. Привычных министерств не существовало. Их роль выполняли «приказы», именуемые также «избами», «палатами», «четьями» или «четвертями». Разнообразие названий, по-видимому, отразилось и на их деятельности. В отличие от нынешних министерств, выполняющих вполне определенные функции, «приказы» дублировали друг друга, одни приказы закрывались с передачей их функций другим, тут же открывались новые, которые, ища для себя поле деятельности, залезали в чужие сферы влияния.
Приказы одновременно выполняли множество функций, совмещая административную и судебную деятельность. Им приходилось и налоги собирать, и подведомственными территориями управлять, и надзором за чем-нибудь заниматься. Во времена Богдана Хитрово численность приказов доходила до 60, причем менялась она прямо на глазах: крупные поглощали мелких, чтобы вскоре распасться на несколько небольших. Системы как таковой не было вовсе, разобраться в ее хитросплетениях было не просто, однако Богдану Хитрово это удалось быстро, казалось, что именно для этого он был создан. Приказы, которые он возглавлял, менялись по воле царя, но со всеми поручениями Хитрово успешно справлялся. Челобитный приказ, с которого началась его деятельность, сменился через пару лет Земским. Основной функцией этого ведомства была государственная статистика. Дьяки следили за правильностью проведения переписей жилых дворов и людей их населяющих, чтобы определить суммы взимаемых с них налогов («тягла»). Кроме того Земский приказ собирал пошлины и сборы от сделок с недвижимостью, содержал тюрьмы, следил за состоянием московских улиц, ремонтируя и убирая их, занимался пожарной безопасностью и ночной стражей.

А. М. Васнецов, «Воскресенский мост, Москва, XVIII век», вид на Воскресенские ворота и здание Земского приказа

Земский приказ Хитрово возглавлял до конца 1655 года, одновременно руководя с 1653 года Новой четью, в обязанности которой входил сбор податей с «кружечных дворов», то есть кабаков, поскольку царь Алексей Михайлович ввел винную монополию и все кабаки стали государственными. Для сведения интересующихся сообщим, что ежегодная сумма взимаемых Новой четью сборов с питейных учреждений составляла астрономическую по тем временам сумму — 100 тысяч рублей серебром. Одновременно это же учреждение занималось и всеми уголовными делами, связанными с табачной и алкогольной торговлей. В том же 1653 году на плечи Хитрово свалился еще один приказ, на этот раз Ствольный, занимавшийся производством «стволов», то есть мушкетов и карабинов для русской армии.

М. И. Хмелько, «Навеки с Москвой, навеки с русским народом», 1951 г.

К этому времени сильно обострилась международная обстановка на западных рубежах страны. Поступила просьба Богдана Хмельницкого о включении Гетманщины, то есть находящейся под его управлением территории Украины, в состав России. На практике сделать это можно было только по итогам войны с Речью Посполитой, в состав которой входили современные украинские и белорусские земли. Эта война была жизненно необходима для Московского государства, ведь под польско-литовским игом находился Смоленск и еще многие исконно русские города. Россия успела к этому времени модернизировать армию, создав «полки иноземного строя», сформированные на европейский манер пешие и конные соединения, и к войне была готова. Однако начать войну в те времена без какого-либо убедительного повода было невозможно, это считалось бесчестным, недостойным такой великой державы, как Россия. Вот и было отправлено в Польшу специальное посольство, задачей которого было найти любой предлог, чтобы начать военные действия. Возглавлял посольство боярин Борис Репнин, «товарищем» которого, то есть заместителем в ранге посла, был Богдан Хитрово. Послы привезли с собой изданное в Польше сочинение, в котором, по мнению России, было нанесено оскорбление русскому царю, и попросили наказать издателя. Поляки ответили отказом. Так был найден формальный повод к объявлению войны, начавшейся в апреле 1654 года, а Земский Собор смог утвердить присоединение Украины.
Российско-польскую границу пересекли одновременно четыре русские армии. Формально руководство лежало на Алексее Михайловиче. При нем среди других дворян находился и Богдан Хитрово. Основной удар русская армия нанесла по Смоленску. Город был осажден и после ожесточенных сражений, в одном из которых отличился Хитрово, был освобожден. Произошло это 23 сентября 1654 года. Успешному продолжению военных действий помешала опустошительная эпидемия чумы, начавшаяся осенью 1654 года в Москве. Только в мае 1655 года русская армия смогла продолжить наступление. В это время Богдан Хитрово был назначен «товарищем», то есть заместителем воеводы Большого Полка, главной русской группировки, с приданием ему парадного титула «наместник Ржевский», сохранившегося за ним до конца жизни.
В середине июня царь приказал Хитрово взять крепость Борисов. Имея в своем подчинении отряд из 4150 человек пехоты и 1200 конницы, Хитрово пошел на штурм замка, который завершился успехом: Борисовский замок был сожжен, а мост через Березину, разрушенный поляками при отступлении, восстановлен. Кроме того, Хитрово провел глубокую разведку вплоть до Минска. Сохранилось письмо, отправленное Алексеем Михайловичем в Москву своим родным:

«Богдан посылал под Менеск для языков, и языков многих поимали».

Наступление продолжалось, и 3 июля пал Минск. Пока войска обследовали улицы города, отряд под командованием Хитрово разбил отступающие литовские войска. Один за другим сдавались на милость победителей литовские крепости Вильно, Ковно, Гродно, и во всех сражениях отличались русские отряды, во главе которых стоял Богдан Хитрово. По окончании военной кампании Хитрово получил из рук царя заслуженную награду:

«кафтан атласный золотной на соболях, кубок золочен с кровлею и денежныя придачи 80 рублев».

Следует отметить, что Хитрово совмещал ратную службу со своей основной деятельностью — руководителя Новой чети, снабжая по указанию царя наступающую армию продовольствием, вооружением и деньгами. Летом 1656 года Россия, заключив мирный договор с Польшей, вступила в новую войну. Опасаясь, что шведы помешают ей вести наступательные действия в Литве, русские войска вторглись на территорию нынешней Латвии, оккупированную в то время шведами. Хитрово вновь принимает участие в боях в качестве «товарища» воеводы Большого Полка. Однако осада Риги не увенчалась успехом и русские войска вынуждены были уйти под Полоцк, а Богдан Хитрово, раненный в боях под Ригой, вернулся в Москву, где царь поручил ему возглавить новый приказ — Оружейную Палату.

Москва, Кремль, Оружейная палата

«Ближний окольничий» — это ясно, а вот что за «честь оружейничества», так сразу и не поймёшь. Оказывается, оружейничий — это звание, а по совместительству и должность русского дворянина в те далёкие времена истории России. Вначале в обязанности оружейничего входило следить за царским вооружением, позже на него возложили ко всему прочему ещё и руководство Оружейным приказом, ведавшим всем вооружением русской армии, кроме артиллерии. В то время это была очень высокая и ответственная должность, в которую Богдан Хитрово смог внести много нового, чем существенно повысил его значимость. При нём устаревшее и в значительной степени изживавшее себя наименование «приказ» было заменено словом «палата», поэтому вскоре ведомство, возглавляемое Хитрово, стало называться так, как оно называется и сейчас — «Оружейная палата». Однако тогда оно ещё не стало знаменитым на весь мир музеем, это постепенно начал осуществлять его основатель Богдан Хитрово.
Когда он принял к руководству Оружейный приказ, там занимались производством и оснащением армии лёгким огнестрельным и холодным оружием, а также всеми защитными средствами, то есть бронями, кольчугами и шлемами. Правда, в 1653 году в состав Оружейного приказа вошли обязанности, ранее выполняемые расформированным Иконным приказом, то есть государственные иконописные мастерские. Когда же Хитрово принимал Оружейный приказ, в него включили и государственные цеха мастеров, изготавливающих изделия из серебра и золота, ранее состоящие в упраздненном Приказе Золотых и Серебряных дел, а попутно и от руководства Новой четью не освободили.
Таким образом, в обязанности Богдана Хитрово, как нового оружейничего, входило производство вооружения, изготовление драгоценных украшений, икон, произведений искусства и всех прочих изделий, производимых художественными мастерскими. При этом в его обязанности, как главы Новой чети, входило снабжение армии оружием, продовольствием и деньгами, не забывая при этом о сборе подати с питейных заведений. По всей видимости, царь посчитал, что ответственности, возложенной на Богдана Хитрово, недостаточно, поскольку в 1659 году ему добавили руководство Ствольным приказом, который он возглавлял до тех пор, пока тот в 1666 году не влился в Оружейную палату. Но и этого царю показалось мало. В 1663 году Хитрово возглавил только что созданный Мушкетный приказ, который начал производство мушкетов для армии, а в 1664 году ему доверили руководство Приказом Большого Дворца. Все шло как в русских сказках: «Это ещё не служба. Служба будет впереди».
Уже из названия Приказа Большого Дворца ясно, что это одно из наиглавнейших по влиятельности ведомство страны. И действительно, там занимались управлением и финансированием всех царских дворцов, усадьб и резиденций, находящихся в различных уголках огромной страны, в том числе, разумеется, и в Москве с Кремлём. Приказ содержал, в том числе, и Семёновский потешный двор, куда царь часто ездил на излюбленную соколиную охоту. Попутно Хитрово получил и Дворцовый судный приказ, занимающийся придворными судами и тяжбами.

Н.Е. Сверчков, «Царь Алексей Михайлович с боярами на соколиной охоте близ Москвы»

1 сентября 1667 года Богдан Матвеевич Хитрово достиг вершины придворной лестницы — он был пожалован Алексеем Михайловичем в бояре. Боярином он стал не простым, а самым приближённым к царю. Он ездил с государем в царском возке, сопровождал его на богомольях и торжественных выездах, сидел по левую сторону от царя при приеме иностранных послов, лично докладывал царю о всех делах. Самые важные челобитные попадали, прежде всего, на стол Хитрово. Новоиспеченному боярину приходилось много заниматься и международными делами. Весь в делах и заботах об управлении государством Богдан Хитрово не забывал о своём главном детище — Оружейной палате. Сейчас уже никто не сможет сказать, задумывал он создать невиданный ранее на Руси музей или это так у него попутно получилось, но Оружейная палата в том виде, в котором она находится в наше время, практически сложилась в XVII веке.
Богдан Матвеевич стоял во главе Оружейной палаты с 1656 по 1680 год, практически четверть столетия, и всё это время он собирал лучшие образцы оружия и доспехов, а также предметов искусств, создаваемых в многочисленных мастерских подведомственной ему Палаты, целенаправленно отбирал со всей страны лучших мастеров, сманивая их большим жалованьем и льготами.
При Палате существовала знамённая мастерская, где не только изготавливали, но и хранили знамёна для армии. Их выдавали под расписку воеводам, уходившим на войну, а по окончании похода стяги сдавались обратно. В Палату свозились и захваченные у неприятеля знамёна. Таким образом, создавалась знаменитая коллекция знамён Московского Кремля. Попутно накапливались и различные трофеи, захваченные в боях: полководческие жезлы, булавы, брони, да и просто красивые иноземные доспехи. Исторические документы свидетельствуют, что при Богдане Хитрово в Россию начали приезжать иноземные умельцы, прельщённые возможностью работать свободно без ограничений, да ещё с большим жалованием. Единственным требованием к иностранным мастерам было вероисповедание, в обязательном порядке они должны были быть христианами, а уж конфессия никого не интересовала. Поэтому в Оружейной палате при Хитрово работали армяне, греки, поляки, голландцы. Именно в то время появились первые «гражданские» портреты (парсуны, искажённое от латинского «persona» — личность, особа). При возглавлявшем с 1664 года иконную мастерскую знаменитом Симоне Ушакове в Палате появилась первая в России портретная мастерская, благодаря мастерам которой до нас дошли портреты царей Алексея Михайловича и Федора Алексеевича, патриарха Никона и других выдающихся деятелей XVII века. Кроме того, изменилась и древнерусская икона, она стала более реалистичной, как говорилось тогда, «обмиршенной».
В те же времена мастерами Оружейной палаты было осуществлено дошедшее до наших дней «поновление» фресок и росписей Архангельского собора Московского Кремля, собора Василия Блаженного, Донского монастыря и других помещений и церквей не только в Москве, но и в Ярославле, Ростове, Вологде и других городах. Оружейная палата превратилась в подлинный культурный центр Руси XVII столетия.

В 1676 году скончался царь Алексей Михайлович и на престол вступил его 14-летний сын Фёдор Алексеевич. Богдан Хитрово был ещё более приближен. Во время церемонии венчания на царство он стоял позади молодого царя, то есть на самом почетном, так называемом «чертожном» месте, рядом с другими ближними боярами Никитой Одоевским и Юрием Долгоруковым. Уже через месяц царь Фёдор пожаловал Богдану Матвеевичу Хитрово «дворечество с путем», то есть особое почётное звание боярина-дворецкого с землями. В качестве «пути» Хитрово получил новые села под Ярославлем. Теперь Богдан Матвеевич мог подписываться редким почётным титулом «Боярин, Дворецкий и Оружейничий».
В результате попыток царя Фёдора Алексеевича сократить количество и каким-то образом оптимизировать деятельность приказов и управление государством на боярина Хитрово сваливалось всё больше и больше забот и работы, что, в свою очередь, существенно повышало его роль при дворе. Началось все с того, что в функции Приказа Большого Дворца вошли такие судебные и административные дела в отношении духовенства, которые не затрагивали вопросы веры и ранее подлежали рассмотрению в упразднённом Монастырском приказе. Кроме того, в приказ Большого Дворца передали управление Хлебным приказом, а также Костромскую, Устюжскую четверти и калмыцкие дела, то есть Хитрово подчинялось теперь немалое количество городов и регионов России. В руках боярина сосредоточилась огромная власть, но 26 марта 1680 года, не дожив до 65-летнего возраста полутора месяцев, Богдан Матвеевич Хитрово скончался. По всей видимости, истинной причиной смерти стала тяжкая личная утрата — кончина его единственной дочери, младенца Ирины. Смерть долгожданного ребёнка явилась настоящей трагедией для уже немолодого отца.
Похоронили их в некрополе Смоленского собора Новодевичьего монастыря в одну могилу. Над могилой, не сохранившейся до нашего времени, была надпись:

«Лета 7188 марта в 27 день на память матери нашей Матрены Селунския представился Болярин, оружейничий и дворецкой Богдан зовомый Иов Матвеевич Хитрово в третьем часу дня в первой четверти и тут же погребена дщерь его младенец Ирина».

После смерти Богдана Матвеевича было обнародовано его завещание, поставившее в затруднение царскую администрацию. Наряду с обычными распоряжениями об имуществе и прочем наследстве, боярин завещал нечто необычное для того времени, что придало его личности особое значение в русской истории. Ближний боярин царя, владелец огромных земель с деревнями и селами, в которых жили тысячи подневольных крестьян, завещал после своей смерти отпустить всех их на волю. В то время это было немыслимое дело. Поэтому царю и его приближённым пришлось немало поломать голову, как поступить.
Наконец через два месяца после смерти Хитрово был выпущен специальный указ, касающийся его завещания. Поскольку ситуация была необычной, то и Указ был единственным в своем роде. Вот что он гласил:

«Кабальных и полонных его людей, которые за ним жили во крестьянстве, по судным и в родовых и в выслуженных его поместьях и в вотчинах, и которые крестьянские дети во двор взяты, из поместий и из вотчин свободить на волю…»

Казалось бы, справедливость восторжествовала, но в Указе на этом точка не была поставлена. Вдруг и другие царедворцы до такой глупости дойдут, как крестьян на волю отпускать? Или того хуже, сами крестьяне воли требовать начнут? Поэтому Указ был продолжен:

«Впредь никому то на образец и на пример не ставить».

По-видимому, этого оказалось мало, и в декабре 1681 года, то есть почти через два года после смерти Хитрово, в Перечень дополнений в Уложение 1649 года был включен и Указ о «кабальных людях» Хитрово. Это подтверждает то, какое значение имело завещание Хитрово и какие решительные меры на высшем законодательном уровне приняты, чтобы этот прецедент не получил развития. К чести тогдашней власти в Указе, включённом в Перечень дополнений в Уложение, была специальная пометка:

«И по тому указу те люди на волю свобождены и отпускные им даны».

Это свидетельствует о том, что последняя просьба покойного боярина Богдана Матвеевича Хитрово была удовлетворена и его подневольные люди свободу получили. Богдан Хитрово не оставил прямых потомков, но многочисленный дворянский род Хитрово дал в истории России множество известных сановников, дипломатов, военных и ученых.
Любителям русской литературы и истории хорошо знакома Хитровская площадь в Москве, знаменитая Хитровка. Площадь и находящийся поблизости Хитровский переулок существуют до настоящего времени. История их создания такова, что о ней стоит упомянуть в статье о Богдане Матвеевиче Хитрово.

…Во время пожара Москвы в Отечественной войне 1812 года в Замоскворечье выгорело много дворянских усадеб. Некоторые были быстро восстановлены, но оказались и такие, которые стояли в руинах не одно десятилетие. Вот две такие усадьбы, находившиеся неподалеку от берега Яузы, выкупил генерал-майор Николай Захарович Хитрово, чья усадьба была по соседству, и на их месте разбил большую площадь. На площади он построил торговые ряды, сохранившиеся до наших дней, и подарил эту площадь городу.  Площадь и переулок, где находилась усадьба самого генерала, были названы Хитровскими. Наверное, лучшего памятника весь род Хитрово и, разумеется, историческая личность, Боярин, Дворецкий и Оружейничий Богдан Матвеевич Хитрово не могли себе даже пожелать.

Поделиться в социальных сетях:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *